Нани - это "тишина". У нее на голове плотный короткий черный мех, а отпустить - была бы грива. Мы с ней "хвастаем украшениями"
- У тебя шрам откуда?
Я разбила теткины очки. Потом я буду заливать новичкам, что "вот еще бы чуть-чуточку, и все, капец дорогостоящему оборудованию в моем лице". А на Нани-счетчицу наши подвиги не производят впечатления, к тому же, мы лежим на ее койке, зачем врать-то? Стащила и разбила, потому что не совладала с координацией движений, не шутка, когда в голову идет столько информации в голографике. Звук, когда они разбились, я век не забуду, в самой голове отдался, такой жалобный. Я даже заплакать не смогла, только перед глазами все пошло кругом. Так тетка меня и обнаружила, заклеила порезы под правым глазом и сурово спросила, что мне столь необходимо было узнать, чего нельзя было узнать с моего учебного терминала.
- А что ты хотела узнать?
Я уже и не помню! А у тебя что это такое? прикасаюсь к пружинистому "ёжику" с левой стороны за ухом, где мех не растет, перечеркнутый коричневой складкой-рубцом. Получаю маленькое вознаграждение - Нани слегка поводит головой, трется о мою ладонь:
- Это был приемник.
Приемник? Она видит мое недоумение, смеется очень смущенно:
-ну, музыка всякая. Удобнее, чем любой портативный. Когда ставили мозги, сняли его.
А чего так неаккуратно?
- Дешевый был, ну, и я просила не сводить, риск, что пойдет формирование опухоли, все равно не более сотых процента.
Здесь уже смеюсь я, Нани и тут сбивается на расчеты.
А почему тебя не взяли на выходы, Нэ, ведь ты же из нашей Школы, так?
Вздыхает:
- Не пригодна к оперативной работе.

А у меня холодком по сердцу. Ничего мы не боялись, кроме этой строчки в курсантском, списания за борт. И не могу удержаться, пялюсь на нее с физиономией, перекошенной смесью сочувствия и облегчения за себя, а она глядит в ответ совершенно спокойно. Их кодируют от всяких эмоций, чтобы ничего не отвлекало от огромных массивов знаков и цифр, которые на них сыпятся все время, насыщенно живем, ё-моё.